Назову ее Надеждой Андреевной, хотя это и не настоящие ее имя и отчество. Но она была мужественной женщиной, и единственным утешением в ее горькой жизни оставалась надежда.
Первая надежда появилась еще в детском доме: найти родную сестру, с которой ее разлучили. Это исполнилось: повзрослев и выйдя из детского дома, Надежда Андреевна сестру отыскала. Но и здесь получилось не так, как мечталось: жили они далеко друг от друга и виделись крайне редко, могли только переписываться и созваниваться. Но знать, что где-то есть родной тебе человек – это уже немало.
Затем, казалось бы, пошла обычная жизнь со своими радостями: муж, дети. Но мужа Надежда Андреевна быстро потеряла. Я не знаю, почему так случилось: ушел от нее или умер? Надежда Андреевна никогда об этом не говорила, а когда я спросил, промолчала. Она была не только мужественной, но и гордой.
Двух своих сыновей она вырастила одна. А затем потеряла и их.
Старший сын уехал на заработки на Дальний Восток и бесследно исчез. И у Надежды Андреевны появилась новая надежда: отыскать пропавшего сына. Она писала письма в различные инстанции, но так ничего и не узнала о его судьбе.
Уехал и младший сын – в Тюменскую область, работал поваром в рабочем поселке, жил в доме молодой женщины.
Но на эту женщину имел виды местный мент. Я не люблю это слово, но другого он не заслуживает.
Однажды ночью этот пьяный мент заявился на квартиру той женщины, поставил сына Надежды Андреевны лицом к стене и выстрелил ему в затылок.
И ведь не посадили того мента! Всего лишь вынесли условное наказание и уволили из органов. Когда ты работаешь в милиции, то обрастаешь связями – и рука руку моет, ворон ворону глаз не выклюет. Не помогла даже статья в местной газете, Надежда Андреевна мне ее показала. Резкая была статья, и называлась «Закон – тайга, прокурор – медведь». Но что для судьи те журналистские опусы? Плюнуть и растереть.
Вот после этого убийства мы с Надеждой Андреевной и познакомились. Она позвонила в редакцию и через свою знакомую, которая у нас работала, попросила, чтобы я пришел к ней домой и помог написать жалобу на приговор суда. Сама она плохо видела, передвигалась с трудом и из квартиры не выходила. И была очень одинокой. Два раза в неделю Надежду Андреевну навещала социальный работник: убирала в квартире, готовила еду, ходила в магазин за продуктами. И все. В городе жили бывшая жена младшего сына и его дочь, но связь с Надеждой Андреевной они не поддерживали. Или же не поддерживала сама Надежда Андреевна.
Я пришел, жалобу написал, после чего Надежда Андреевна протянула мне деньги. Немалые, надо сказать, деньги с учетом ее скромной пенсии. Я брать их отказался, и Надежда Андреевна обиделась. Она не любила одалживаться.
Через пару дней она мне позвонила на работу и сказала:
– Я ведь с вами так и не рассчиталась, спать из-за этого не могу! Зайдите в гости, я вас хотя бы обедом угощу! Если не зайдете, я обижусь окончательно.
Разумеется, я зашел. Съел скромный обед, приготовленный социальным работником, выпил поставленную на стол бутылку коньяка. И Надежда Андреевна успокоилась.
После этого я стал навещать Надежду Андреевну. Сказать по совести, делал это нечасто: на Восьмое марта, на ее день рождения, еще когда-никогда. На праздники приносил ей поздравительную открытку и коробку конфет. Открытку она принимала с радостью, а вот конфеты брать отказывалась. Говорила: “Пусть ваши дети съедят, им нужнее”.
И бесполезно было уговаривать!
А вот коньяк на случай моих визитов у нее всегда был припасен. Не помню ни одного случая, чтобы его не оказалось, даже когда я приходил неожиданно. Надежда Андреевна всегда меня ждала.
Как-то раз, когда я сидел на кухне у Надежды Андреевны, пил свой коньяк, заглянула ее соседка, о чем-то спросила. Надежда Андреевна ей сухо ответила. Когда соседка ушла, Надежда Андреевна объяснила:
– Предлагала за мной ухаживать, но взамен я должна оставить ей квартиру. Пусть лучше эта квартира отойдет государству!
– Но ведь у вас внучка есть. Почему не ей?
– Пусть лучше государству! – повторила Надежда Андреевна.
Потом наша связь как-то оборвалась: у меня была своя работа, свои заботы, и к Надежде Андреевне я не заходил почти целый год. И она не звонила, так что я грешным делом подумал, что Надежда Андреевна умерла.
Но она не умерла. И сама мне позвонила. Пожаловалась: та написанная мной жалоба не возымела действия. А потому не могу ли я написать еще одну – президенту России Ельцину? Может быть, хоть это поможет наказать убийцу ее сына?
Написал я от ее имени и Ельцину. Забегая вперед, отмечу, что и эта жалоба не помогла.
Деньги Надежда Андреевна мне больше не предлагала, но через некоторое время нашла возможность меня отблагодарить.
Была у нее подписка из серии «Библиотека всемирной литературы», 200 томов. Книги – моя страсть, и, признаюсь, на эту серию я засматривался. Молча.
И снова Надежда Андреевна мне позвонила и спросила: не хочу ли я взять у нее книги из той серии?
Я хотел. Пришел в тот же день, отобрал несколько книг и спросил, сколько должен за них заплатить.
– Ничего не нужно, – ответила Надежда Андреевна. – Берите так. И не только эти книги, но всю серию.
– Я не возьму!
– Вы не подумайте ничего плохого! Я не в знак благодарности! Но я скоро умру, и эти книги могут оказаться на помойке. Кто сейчас читает? А мне их жалко! Возьмите, пожалуйста! Я очень вас прошу! Знаю, что мои книги попадут в хорошие руки!
От такого щедрого подарка отказаться я не смог. Взял редакционную машину и перевез книги к себе. До сих пор стоят в моей библиотеке.
Очередной звонок от Надежды Андреевны. Она пожаловалась, что из окна дует и спросила: нет ли у меня знакомого предпринимателя, который мог бы установить пластиковые окна?
– Деньги у меня есть, я накопила, – заверила Надежда Андреевна.
Такой знакомый предприниматель у меня был. Я с ним договорился, что он выполнит работу в ближайшее время. При этом попросил, чтобы он по возможности не завышал цену: бабушка живет одна, пенсия у нее маленькая. Предприниматель пообещал, что все сделает. И сделал.
Надежда Андреевна позвонила мне на следующий же день и пожаловалась:
– Он не захотел брать деньги! Может быть, это вы ему заплатили?
Я клятвенно ее заверил, что не платил. И я действительно не платил. Времена были сложные, денег постоянно не хватало, и установку пластиковых окон я даже в своей квартире не мог себе позволить.
Я и сам был удивлен таким поступком предпринимателя, но тот мне все объяснил:
– Я увидел, как бедно живет эта бабушка! Как можно брать с нее плату? Ничего, не обеднею!
Позже Надежда Андреевна несколько раз сетовала: предприниматель плохо выполнил свою работу, из окна по-прежнему дует. Думаю, это была защитная реакция на то, что он не взял с нее деньги. Одалживаться, повторю, она не любила, и сильно переживала, когда для нее что-то делали бесплатно.
Время шло, Надежде Андреевне становилось все хуже. Однажды она упала и целый день пролежала на полу. Затем кое-как добралась до телефона и позвонила мне.
Я пришел, открыл дверь, благо, что Надежда Андреевна никогда ее не запирала на замок, уложил бабушку на кровать. И предложил: “Может быть, вас устроить в Дом престарелых? Там за вами будет уход! И кормят хорошо!”
Она категорически отказалась.
– Даже и не предлагайте в следующий раз! – твердо заявила Надежда Андреевна.
Но падать стала все чаще.
Потом я уезжал в горы и заранее предупредил об этом Надежду Андреевну. Сказал: “Если снова упадете, обязательно мне позвоните. Придет мой друг и вам поможет. Я с ним договорился”
Она не позвонила. Упала и пролежала на полу три дня, пока не пришла социальный работник.
Когда я вернулся и узнал об этом случае, то снова предложил Надежде Андреевне переехать в Дом престарелых. Неожиданно для меня она согласилась.
Требовалось, чтобы Надежда Андреевна перед переездом прошла медицинское обследование, я договорился с руководителем отдела социальной защиты – оттуда прислали машину и инвалидное кресло. Мы с водителем усадили Надежду Андреевну в это кресло и вынесли ее на руках к машине с четвертого этажа. Они поехали, а я отправился на работу. Водитель мне пообещал, что сможет потом занести Надежду Андреевну в квартиру. Если не помогут соседи, то он вызовет помощника из отдела.
Медицинское обследование Надежда Андреевна прошла успешно, но, к счастью, Дом престарелых был отменен.
Надежда Андреевна мне сообщила: вдруг объявилась ее бывшая сноха и пообещала за нею присматривать.
Я был рад, что у Надежды Андреевны все наладилось. Вот только моя жена сказала мне с усмешкой:
– Ты, говорят, глаз положил на чужую квартиру? Решил устроить бабушку в Дом престарелых, а ее квартиру присвоить?
– Кто говорит?
– Да ее бывшая сноха! Она моя клиентка!
Моя жена работала парикмахером, и клиенток у нее было много.
– Ты ведь меня знаешь! Могла бы и не спрашивать!
– Я-то, допустим, знаю! А вот другие не знают! И говорят! Мне это неприятно!
Когда-то и мне это было неприятно, обо мне порой судачили в городе. Одна женщина, например, обвинила меня в том, что я написал статью в оправдание некоего руководителя обслуживающей организации потому, что он мне заплатил. Многократно мне звонили герои моих критических публикаций, ругались, угрожали, требовали сатисфакции. Подавали на меня и в суд.
Первые годы все это меня сильно расстраивало, выбивало из колеи, но со временем кожа моя задубела, и я решил: да пусть говорят! На чужой роток не накинешь платок. Главное – быть честным перед самим собой.
И я старался быть честным. Я писал иногда за деньги, но только рекламные статьи или какие-нибудь письма и жалобы от имени обратившихся, нередко ошибался в своих публикациях, за что потом сильно себя корил, но вот лгать и хитрить, совершать подлые поступки – нет, такого не было!
И даже своей жене я не стал объяснять: захотел бы присвоить квартиру, то сделал бы это. Но сделал бы иначе: уговорил бы Надежду Андреевну написать завещание, а потом оставалось только ждать. И никакого Дома престарелых! В те времена существовало правило, о котором не все знали, но я, будучи журналистом, человеком осведомленным, знал: тот, кто решил жить в Доме престарелых, должен отписать государству свою квартиру.
Я вот думаю теперь: может быть, бывшая сноха потому и объявилась, что испугалась за квартиру?
Счастье Надежды Андреевны длилось недолго – Надежда Андреевна умерла. Умерла незадолго до моего дня рождения.
Во время поминального обеда ко мне подошла ее бывшая сноха и сказала:
– Надежда Андреевна приготовила вам подарок на день рождения.
И передала мне пакет с бутылкой коньяка и коробкой конфет.
Много прошло времени с тех пор, многое из пережитого быльем поросло, но вот этот последний подарок, который приготовила для меня умирающая женщина, не забыть мне никогда.
Олег ПОЛИВОДА